Синь Цицзи

Я вовсе не рвусь на вершину,
И цель моей жизни не в этом.
Творить, оставаясь свободным, —
Иного не надо поэтам!

Есть люди, с которыми дружба
Желанной становится скоро.
Тебя навестят — и подолгу
Толкуют про реки, про горы.
Порой о каком-то пейзаже
По-новому трижды расскажут.
И сам не пойму,
Люблю почему
Все те же при встрече
Знакомые речи.

Тысячелетье
В вечность отлетело,
А все живут
Бессмертные творенья!
И каждый знак, написанный поэтом,
В себе содержит ясное значенье.

Я шестьдесят три долгих года прожил,
Счет потеряв деяньям и свершеньям.
Быть может, поздно сожалеть — и все же
Вся жизнь моя достойна сожаленья.

Я был природы данником исправным,
Я дань воздал горам, долинам, рекам.
А страсть мою к истории и книгам
Не залечил бы и искусный лекарь.