Цитаты из компьютерных игр

Эй, Рекер, очнись! Ты же американец — забыл? Думаешь, твоя страна станет тебя спасать? Нет, ты сгниёшь здесь. Причин доверять мне у тебя нет. Но один человек может сделать не так много. Ты сильный, и тебе хватит сноровки выбраться из этого сраного места. Разве что тебе хочется вдыхать эту вонь последние часы своей жизни. Если ты пережил ядерный взрыв, как я, или сражаешься за свободу, как ты говоришь, то и ждать смерти в тюрьме таким, как мы, не пристало.

— Резнов, твои люди понимают, что это форменное самоубийство?!
— Победа требует жертв, Мэйсон! Мы, русские, знаем это, как никто другой!

Люди, обремененные угрызениями совести, чаще пугаются громких зву…

Ты когда-нибудь думал о мире, где всё точно так же…
За исключением того, что тебя не существует?
Всё прекрасно обходится без тебя…
Ха-ха. Эта мысль меня ужасает.

— «Дамара, к тому времени, как ты получишь это, меня… в общем, без меня вам будет лучше. Я не тот муж, который достоин тебя, и мы оба знаем, что я — худший отец для Дилана. Я лишь надеюсь, что как только исчезну из вашей жизни, вы обретёте всё то, чего заслуживаете. Я люблю тебя, Дамара».
— Джон? Что происходит?.. О, боже!
— Твою мать, Дамара! Ты же должна была сейчас гулять с Диланом!
— Что… ты делаешь?!
— Так… Ничего. Вот и всё, думаю… Дамара, это ничего не значит. Всё в порядке, я в норме. Хорошо, да? Эй, тише-тише, иди ко мне.

— Величайший из Старших Богов…
— Насмехаешься надо мной?
— Ты невероятно проницателен.

Я знаю, что пророк — лжец, но он не может лгать. Я знаю, что пророк убийца, но он не может совершать подлые убийства. Ведь если один Господь знает, что будет, зачем Он открыл грядущее лжецу и убийце?

Не волнуйся, я гарантирую на все сто процентов, что это правильный путь. Ой, нет, неправильный…

Когда я ем — я глух и нем.
Когда я пью — я гораздо коммуникабельней.

— Война не окончена. Куан Чи сбежал. Почему ты улыбаешься?
— Она называла меня «Джонни».

— Джонни Кейдж!
— Разве ты не должен мне новые солнцезащитные очки?
— Раздавить тебя — вот что я должен!

— Ты сама можешь лезть в пекло, можешь даже рисковать жизнью, но не забывай, что за тобой следуют и другие.
— Пусть ищут себе кого-нибудь другого и следуют за ним. Я не могу быть каждому ангелом-хранителем или мамочкой.
— Ты не веришь ни в себя, ни в других, дитя…

Когда на суд безмолвных, тайных дум
Я вызываю голоса былого, —
Утраты все приходят мне на ум,
И старой болью я болею снова.

С древних времён в генах каждого человека хранится память о его хищных предках…

Я поставлю под сомнение мотивы любого существа, будь то божество или нет, если оно позволяет своим поданным умирать просто так.

Рубит? Да. Колет? Да. Ломается? Нет. Чего ещё ты хочешь от меча?

Вот, что значит быть героем: не складывать оружие, даже после худшего из предательств. Никогда не знаешь, кому можно доверять.

Такой блестящий сундук заслуживает, чтобы его открыли.

Мы связаны нитями, которые проходят сквозь время и пространство. Словами, которые творят и разрушают, и родством, которое сильнее крови.

— Никогда не думала о поиске работы, будучи старой.
— Пятьдесят лет это ещё не старый.

За гранью тени, где ты ютишься, сверкает чудо…

— Ну и как это понимать?
— Ты — мой очередной трофей.
— Ты и моргнуть не успеешь, когда я тебя прикончу.

— Милина!
— Давай немного повеселимся…
— Боюсь, наши мнения о «веселье» тут расходятся.

— Я вызываю тебя на бой, заттерианец!
— Вызываешь? Меня?
— Ты и так побит жизнью.

Порой легче подобрать ключ к замку, чем найти подход к хитрому человеку. Не те слова, как негодные инструменты.

— У вас неприятности с каким-то чудовищем?
— Эк ты ладно выразился… Да мы, сука, в самой черной жопе, вот такие у нас «неприятности».

Гвинт — это как политика, только честнее.

Из-за такой девушки можно и войну развязать! Или хотя бы набег устроить.

— Ладушки, Тим. Ты справишься — он расчитывает на тебя. Ты же солдат, верно? Ну да, солдат… с незаряженной пушкой.
— Зараза! Тут не видно ни черта! И как мы вообще во всё это умудрились вляпаться?
— Мы нужны Доку, Сэм!
— Чёрт побери, Кауфман! Мы с тобой не солдаты! Ты даже не знаешь, с какого конца держать винтовку!

Честность украшает человека, но не способна удержать от неверных решений.

— Не смешно.
— Знаешь, что смешнее? Твоя рожа.
— Ты только что оскорбила себя, дура!

— Сколько ты хочешь за него?
— Не продаётся! Мы всегда в паре!
— Я думаю, что заберу себе твой «мопед» в любом случае.

Мёртвые тела не лгут. Они говорят гораздо больше правды, чем живые.

Только вчера завязал — и почему-то снова в канаве.

— Кем же ты стал?..
— Я всего лишь вернулся на службу Куан Чи…
— Ответ неверный. Теперь ты — враг Ширай Рю.

— Как там твои дети?
— Мои дети проголодались по человеческой плоти.
— Увы, но и её им не видать.

— Сэр, они на борту!
— Благодаря обнаруженным вами сведениям, мы смогли перехватить их переговоры. Это сигнал бедствия с находящегося неподалёку судна Федерации. Мы выманили флот Федерации, но они оставили один эсминец, охраняющий комбинат в гавани. Корабль напичкан современными ПВО, но у него есть одно уязвимое место в двадцати метрах под ватерлинией. Киган, Логан — вы возьмёте с собой торпеду «Протей», которая ударит по тепловому выхлопу.
— Вас понял. Отправим на кладбище ещё один корабль.

Анолеис не дурак, он же не будет писать в своих бумагах: «Дорогой дневник! Сегодня я украл три миллиона кредитов!»

— Что-то потеряла, Таня?
— У тебя этого всё равно нет, Тремор.
— А мне нужна твоя кровь.

Так, так! Какой поворот событий! Это внове, а я люблю новизну, даже если в ней нет ничего хорошего. А ведь ничего хорошего нет, так? Мда.

Жадность — вот почему вы пришли. Мои клоны слишком выносливы, слишком устойчивы, слишком сильны, слишком ужасны! Нет, подождите, это не жадность — это испуг.

Всё встаёт на свои места. Коул пытается лично сдать Аль-Башира. Он уже 100 лет в капитанах ходит, вот и пытается доказать начальству, что не полный ушлёпок. Звёздочку получить хочет. Долбаный искатель славы.

Они в пяти шагах от понимания, что я на десять шагов впереди.

— Рейден!
— У тебя нет шансов убежать.
— Хах, высокомерный землянин!

Это мир, в котором миршники пожирают миршников, детка. И выживают только самые сильные миршники.

Какая прелесть — ты сохранил эту очаровательную способность удивляться миру! Хм, обычно она присуща только детям, бедным рыцарям и недоумкам.

… Они использовали свои силы не для того, чтобы влиять на историю, а лишь для защиты хода времён…

Так что, мы объединили душу твоего брата с душой его убийцы, Королевского Головореза, известного как Кассий. Они погибли одновременно и их души переплелись навечно…

Разве нельзя использовать Неборез один только раз? В конце концов, шансы один против 128, а это значит, что в первый раз всё обойдётся. Но с каждым разом опасность будет расти. Но на первый-то раз всё обойдётся. Правильно?

… Власть развратит и их тоже. Смерть посеет скорбь. Скорбь приведёт к ненависти…

Ужасные события оставляют следы.

Кого волнует комфорт, пока ты лижешься?

… Стресс способен на странные штуки.

Ты же знаешь своего мужа? Так вот он помер!

— Ты зря смеялся над моими навыками!
— Не стану отрицать, что в моих словах была доля правды.
— Тогда я затолкаю эти слова в твою же глотку!

— Тёмный бог.
— Узнаешь своего хозяина?
— Я лишь вижу силу, применяемую бесцельно.

Я с тобой до конца, Хлоя. Ты сама знаешь.

Не хочу умирать под эту песню.

— Эти кроны — говно, а не монеты. В Темерии можно сказать, я, мол, друг Фольтеста. В Нильфгаарде: «Сам император за меня поручится». А тут жопа. На монетах какая-то ***аная лодка нарисована. Ну что тут скажешь: «Я знакомый одному кораблю»? Бред какой-то.
— Одного корабля?
— Ладно, заходь.

— Вот еще вопрос: почему ты иногда сбрасываешь меня в бою?
— Что-то я такого не припомню.
— Ясен пень.