Если судить по виду, преступников не было бы вовсе.
… еще не существовало на свете такой тирании, которой бы не пришел конец.
Ишь ты чего захотел, справедливости! Да разве она есть для военных?
Кто вас знает, какие вы! Ведь здесь вы — не вы. Вы — такие, какие бываете там. Но кто знает, что там происходит.
— Вы улыбаетесь, — сказал он, — И вы так спокойны? Почему вы не кричите?— Я кричу, — возразил Гребер, — только вы не слышите.
— … но это хороший пёс.— И притом людоед.Фрезенбург обернулся.— Все мы людоеды.— Почему?— Потому что так оно и есть. Мы, как и он, воображаем, что мы хорошие. И нам, как ему, хочется немножко тепла, и света, и дружбы.
