Вы обращаетесь с любовью, как с бенгальским огнём… а она — динамит.
Думай о клоуне: он плачет в ванной и проливает кофе себе на шлёпанцы.
Мгновения невозвратимы — их нельзя ни повторить, ни разделить с другими.
Клоун, который начал пить, скатится по наклонной плоскости быстрее, нежели запивший кровельщик упадёт с крыши.
Счастье, которое длится больше секунды или больше двух-трёх секунд, — для меня пустой звук.
Моё состояние, которое некоторые критики характеризовали как «лирически-ироническую весёлость», скрывающую «горячее сердце», на самом деле было не чем иным, как холодным отчаянием, с каким я перевоплощался в марионетку; впрочем, плохо бывало, когда я терял нить и становился самим собой.
