Святослава Булавская

Люди любят города, а я уют.
Люди едут из ниоткуда в Петербург.
Люди остаются, работают, что-то продают.
А мне от города радости, разве на семь минут.
Люди болеют всем завтрашним.
Люди нашли приют.
А я девочка-пилигрим.
Не приживаюсь ни там, ни тут.

Порой все сыпется
и раскаленный воздух
давит на грудь.
Здесь главное,
держаться выбранного пути,
и никуда от слабости
не свернуть.

И все-таки я не могу понять, за что тебя так люблю. Я размышляла над этим все утро, ходила по квартире, затем у озера, после — по шумной городской улице.
А затем случайно наткнулась на лавку с фруктами, и все мысли мгновенно сузились к тому, что яблочный пирог к ужину тебя несомненно порадует. Я купила больших яблок, и с искренней мечтательной улыбкой представила, как красиво он будет смотреться на красной салфетке в центре стола.
Через несколько часов я любовалась только тем, что тебе наверняка бы понравилось. В этом пироге было гораздо больше, чем просто яблоки и тесто.

Мы все хотим получить искомое. Ты думаешь о небе, а я о доме, женском вдохновении, семье, роддоме. О том, как живут цветы, как открываются глаза-бутоны. Как безветренность сохранить у окон и на балконе. Как остаться облачной с тобой на полях и склоне. Как проснуться лет в семьдесят и целовать тебя в полудреме.
Мы все хотим получить искомое.
Ты думаешь о небе, а я о теплом уютном доме.
Но, зажмурившись, я вижу, как по-французски мы познаем вечность, заливая себя в бетоне.

Оно также остается нераскрытым, и я по-прежнему плету канаты в толстые календари.
Наверное, снаружи я должна быть красива, когда лелею терпение, когда ращу мудрость в пробирках у себя внутри.
Мне то пишется, то наспех живется, и пульс барабанит на каждый теплый свет впереди.
Мы привыкли замолкать навстречу.
Мы позволили привыкнуть себе жить без любви.
А где-то там облаками подвязывают пояс.
Где-то мантру Ом одевают обручальным кольцом и улыбаются, не беспокоясь.
Мы бы также смогли умоясь, создать чистый и гармоничный дом. Но я знаю, все это потом….
А сейчас есть ты, твой голос и телефон.
Строчки без имен, да вся жизнь, сброшенная с рук и оставленная на потом. Мое сердце полюбило небо,
а в нем все летит кувырком.
Циферблатная стрелка ревнива.
Мы всё еще не вдвоем.