Мир, мироздание

Прибор неизбежно влияет на картину эксперемента. Разве вы забыли физику? Ведь мы наблюдаем не мир как таковой, а мир плюс воздействие наблюдателя.

Я владею миром, не утомляя себя, а мир не имеет надо мной ни малейшей власти.

– Человек не собака, привыкает ко всему, – усмехнулся Борис. – А если серьезно, то ты просто допустил маленькую ошибку: вместо того, чтобы сфокусировать внимание на положительных моментах, ты замечал только отрицательные. Неудивительно, что весь мир стал казаться тебе отвратительным.

Что такое этот мир? И все в нем? Иллюзии, Ричард! Каждая частица его — иллюзия.

… Неправда, что природой все устроено хорошо. Природа устраивает что угодно и кому угодно и сама не знает, что творит: иногда получаются цветы и птицы, а иногда – старая еврейка на седьмом этаже без лифта, которая уже не в состоянии сойти вниз.

Я утратил способность подчинять мир своей воле.

Мир везде одинаков.

Как только мы забываем, что те, кто живет на улице, – люди, мы начинаем терять человечность. Мир так уж устроен, что теперь любой может проснуться поутру и обнаружить, что все потерял.

Он раньше жил себе – просто: стругал палочки, копался в песке, читал книжки с приключениями; лежа в кровати, слушал, как ноют, беспокоятся за окном ночные деревья, и думал, что чудеса – на далеких островах, в попугайных джунглях, или в маленькой, суживающейся книзу Южной Америке, с пластмассовыми индейцами и резиновыми крокодилами. А мир, оказывается, весь пропитан таинственным, грустным, волшебным, шумящим в ветвях, колеблющимся в темной воде.

Мир не есть мысль, как думают философы. Мир есть страсть. Охлаждение страсти даёт обыденность.

Мне бы хотелось отомстить миру за то, что мне не за что ему мстить.

Они видели много племен, вобрали много разных обычаев и верований, но главное, они знали, как велик мир. И своими трудами неустанно делали его еще больше.

Мир дорого заплатил за то, чтобы стать таким, как сейчас, и пусть он не идеален, но в нём можно жить. И всё же кое-чего не хватает — всегда ведь чего-нибудь не хватает?

Может быть, другие люди, которым посчастливилось попасть в более светлый мир и при других обстоятельствах (а не стали заложниками «чужого» места), будут утверждать, что путешествия между мирами увлекательная вещь. Чушь! Бредовые сказки с макаронного завода. Прежде чем их слушать, надо смазать уши маслом.

Мы с миром разорвали отношения, — сказала мне как-то Карла в первые месяцы нашего знакомства. — Он пытается вновь наладить их, но я не поддаюсь. Наверное, я не умею прощать.

— Произошла какая-нибудь неприятность?
— Мы живем в жестоком мире.

Почему я не пишу о том, как мир прекрасен? Потому что от его красоты я немею.

Ты ошибаешься. Просто ты забыл главное правило – мир таков, каким мы его хотим видеть. Ты знаешь, что весь мир состоит из потоков, но знаешь это пока на уровне ума, твои знания ничего не дают тебе на практике. Своим активным неприятием, своим раздражением ты сам ввел себя в негативный поток. Элементы потока связываются по симпатии, поэтому твое недовольство приводит к тому, что мир снова и снова подкидывает тебе события, способные вызвать твое раздражение. Ты вошел в поток, гонишь негативную цепочку событий и даже не осознаешь этого. Ты и сейчас в этом потоке, поэтому мои слова тоже вызывают у тебя раздражение.

Мир можно познавать, не выходя из комнаты.

… Нет ничего белого или черного, и белое — это зачастую хорошо замаскировавшееся черное, а черное — это белое, которое дало себя захватать.

Если б мир состоял из противоположностей, он очень скоро погиб бы в поединке с собой самим.

Когда целый мир в беде, собьешься с ног, разбираясь с каждым по отдельности.

У мира есть свой чердак, куда убрано множество старинных и прелестных вещей, которые мы не хотим иметь перед глазами, но не решаемся выбросить.

— Мне кажется, самое важное — оставить след, — рассуждала она. — То есть, понимаешь, действительно что-то изменить.
— Изменить мир?
— Не весь мир, нет. Тот маленький кусочек мира, что вокруг нас.

Поскольку по определению объездить весь мир жизни не хватает, имеется один выход: прочитать все в мире книги.

Говорят, что время всё лечит. Враньё. Оно лишь затуманивает всё. Делает всё бессмысленным и бесполезным, маскируя реальные проблемы.
Говорят «изменись, и ты изменишь мир». Тоже враньё. Чистое надувательство. Мир всегда пытается опустить тебя и превратить в карикатуру на самого себя, вырывая всё, что выделяется из общего ряда. И в конце концов ты перестаёшь думать. Мир, твоё окружение, лишь промывает тебе мозги, заставляя поверить в тезис «я изменюсь, и это изменит мир». Мир, твоё окружение – это глыба, которую не изменит этот пылкий и сентиментальный идеализм.

Мир прекрасен, если еще существуют люди, не гонящиеся за деньгами…

— Если бы никто не совал носа в чужие дела, — проворчала Герцогиня, — мир завертелся бы куда быстрей, чем сейчас.
— Ну и что же тут хорошего? — с готовностью подхватила Алиса, обрадовавшись долгожданному случаю блеснуть своими познаниями. — Представляете, какая бы началась путаница? Никто бы не знал, когда день, когда ночь! Ведь тогда бы от вращения…
— Кстати, об отвращении! — сказала Герцогиня. — Из отвратительных девчонок делают отбивные котлеты!

Эклектизм царит в умонастроениях. Люди забывают прошлое, отказываются от него без всякой жалости, без всякого ума и ждут прихода нового, золотого века. Эры открытий. Ждут триумфа науки, не видя, что становится только хуже. Воздух и вода грязнее, войны жестче, цены выше, жизнь хуже. Возьми тот же маленький народец — с началом эпохи прогресса они вымирают тысячами. Им тяжело приспособиться к таким быстрым изменениям мира. Как и многим другим, кстати говоря.