Игра престолов (Game of Thrones)

Тени во тьме не живут. Они слуги света, дети огня. И чем ярче пламя, тем они темнее!

— Разве я ужасна?
— Я всякое слышал.
— Зачем же ехать на край света ради встречи с кем-то ужасным?
— Чтобы увидеть, ужасны ли вы в нужной мере.
— В какой же?
— Когда ваши подданные боятся быть ужаснее вас.

Бордели — более выгодное вложение, чем корабли. На мой взгляд. Шлюхи редко тонут.

Ваша светлость, я живу, чтобы служить.

— Вы пили весь путь через Узкое море.
— Тогда зачем прекращать?
— Потому что мы обсуждаем будущее нашей страны.
— Дерьмовое будущее. Так же как и прошлое.

Смотреть — не значит видеть, мертвая девочка. Зрение, истинное зрение — вот суть фехтования.

— Я хотел бы послушал как новобранец из Ночного Дозора стал Королем Севера.
— Как только вы расскажете как Ланнистер стал Десницей Дейенерис Таргариен.
— Долгая и кровавая история. Честно говоря, я почти всегда был пьян.
— Мои вассалы считают мой визит глупостью.
— Разумеется. Будь я вашим Десницей, я был бы против. Железное правило: Старкам не везет, когда они едут на юг.
— Верно. Но я не Старк.

Будь война арифметикой, миром правили бы математики.

— Отложите перо, дорогая. Мы обе знаем, что вы ничего не пишете.
— О, да. Острая на язычок Королева Шипов.
— И слабая на передок королева Серсея.

— Мы превосходим их числом.
— Какое число больше? Пять или один?
— Пять.
— Пять. [показывает раскрытую ладонь]
Один [показывает кулак]. Единая армия, настоящая, под единым началом, с единой целью. После смерти Безумного Короля у нас нет цели. Теперь у нас куча армий, у каждого кто готов платить. И у всех разные цели. Твой отец хочет владеть миром. Недд Старк хочет сбежать и спрятать голову в снег..

Он был крови дракона, но теперь его пламя погасло.

— Красный бог — единственный истинный бог. Ты видела его силу. Когда он приказывает, мы подчиняемся.
— Для меня он не истинный бог.
— Нет? Кто же тогда твой бог?
— Смерть.

Пусть я коротышка, но не боюсь смотреть врагам в лицо.

Ведите любую битву всегда, везде — в своём разуме. Когда любой может быть врагом или другом, когда любой вариант развития событий — возможен. Живите так. И ничто вас не удивит. Чтобы не произошло, вы уже видели это в своём воображении.

— У Станиса больше пехоты, больше кораблей, больше лошадей… А что есть у нас?
— Ваш ум, которым вы всё время хвастаете.
— К сожалению, убивать с его помощью я пока не умею.
— Это хорошо, иначе я остался бы без работы.

— Мы выкрадем принцессу, и что дальше?
— По обстоятельствам.
— Ясно, откуда у вас золотая рука.

Почему люди должны верить королеве, которая не держит своих обещаний?

— Вы обещали, что меня не тронут!
— Я обещала. Но мои драконы не дают обещаний. А Вы угрожали их матери.

Но, если ты когда-нибудь решишь меня продать, вспомни вот что: я всегда предложу большую цену. Мне нравится жить.

— Бастард из Винтерфелла.
— Карлик с Утёса Кастерли.

— Тебе хотелось другой жизни. Ты родилась в одном месте и хотела быть в другом.
— Весь этот дерьмовый мир за такое выпьет.

– Пёс пытался меня продать, но был ранен в поединке. Он умолял меня убить его, но я отказалась. И оставила его в горах умирать. Мне хотелось, чтобы он страдал. Я его ненавидела. Ненавидела! Это не ложь!
– Девочка лжет мне, Многоликому богу, себе.

То, что есть, легко спутать с тем, что должно быть. Особенно если первое вам выгодно.

Один день на свободе стоит больше, чем целая жизнь в оковах.

— Твой брат не сдался бы в плен так легко.
— Мы с Джейме кое в чем отличаемся. Он храбрый, а я симпатичный.

Человек, который говорит, что он король — не настоящий король.

— Вы тоже были пиратом?
— Нет, я был не пиратом, а контрабандистом.
— В чем разница?
— Если ты знаменитый контрабандист, то никуда не годишься.

— Ты скоро станешь моей женой. Я скоро стану твоим мужем. Нам позволено гулять в садах вместе.
— А со сколькими девушками ты здесь прогуливался?
— Мне нравится, как ты щуришься, когда ревнуешь.
— Я не щурюсь, а ты не ответил на вопрос.

– Они сказали мне убить тебя. Я сказал им, что я предпочёл бы этого не делать. Они сказали мне, что у меня нет выбора. Я сказал им: «Я — Даарио Нахарис. У меня всегда есть выбор».

— Что ты делаешь?
— Молюсь.
— Ты просто идеал.
— О чём ты молишься?
— Чтобы боги смилостивились над нами.
— Над всеми?
— Да, Королева.
— Даже надо мной?
— Конечно, Королева.
— Даже над Джоффри?
— Джоффри мой…
— Замолчи, дурочка. Она просит богов смилостивиться над нами… Боги жестоки, на то они и боги. Мой отец так говорил, когда поймал меня за молитвой. Я помню, как умерла моя мать. Я была глупа. Я не понимала, что смерть окончательна. Я думала, что если усердно молиться, то боги вернут мне мать.

— Что за безумие заставило вас сказать королеве, что вы знаете правду?
— Безумство милосердия. Чтобы она могла спасти детей.
— Ааа, детей… Страдают всегда невинные. Роберта убило не вино и не кабан. Вино притупило реакцию, кабан распорол живот, но убило короля ваше милосердие.

— Мое время нашептывать королям прошло.
— О, сомневаюсь. Мы, простолюдины, вкусившие власть, подобны льву вкусившему человечину: ничто уже не покажется слаще.

Люди любят винить демонов, когда их великие планы рушатся.

– Ты сам говорил, что нельзя бороться с врагами внешними и внутренними. И когда внешние явятся на порог… За мной должен стоять весь Миэрин. У меня нет выбора.
– У всех есть выбор. Даже у рабов он есть — смерть или рабство.
– Что же мне делать?
– Выходи за меня.
– Даже если бы я и хотела поступить так опрометчиво, я не могу.
– Почему нет? Ты королева. Можешь делать, что хочешь.
– Нет, не могу.
– Тогда в Миэрине ты одна не свободна.

Я самый простой мужчина в мире. Я поступаю лишь так, как хочу поступать.

Зачем служить богу, если никто не знает, что он хочет?

— Как бы ты хотел умереть, Тирион, сын Тайвина?
— В собственной постели? Лет в восемьдесят? С вином внутри и девичьем ртом на члене?

Человеку с тугим кошельком дозволено все.

Если всем правят люди с мечами, зачем мы притворяемся, что власть принадлежит королям?

Правитель, убивающий преданных ему, никак не внушает преданность.

Боги даровали нам две вещи, скрашивающие наши дни от рождения и до смерти. Удовольствие переспать с женщиной, которая хочет с тобой переспать. И удовольствие убить мужчину, который хочет тебя убить.

— Нет-нет-нет-нет.
— Мы же не мясники. Мы их повесим.
— Повесим?
— У вас все слишком быстро. В чем тут наказание?
— Они умрут.
— Мы все подохнем. Вот этого я выпотрошу…

Дотракийская свадьба минимум без трёх смертей считается скучной.

Зачастую вера означает смерть рассудка.

Красота — вещь субъективная.

— Я всегда ненавидел звон колокола. Он всегда означает беду: смерть короля, осаду города…
— Свадьбу…
— Вот именно!

Ничто не может быть лучше или хуже чего-либо. Ничто — это ничто.

— Это моя последняя война… выиграю ли я её или проиграю.
— А вам раньше приходилось проигрывать войны?
— Думаешь, я стал бы тем, кто я есть, если бы проигрывал войны?

Если тебя не убил мой суп, тебя ничего не убьёт.

— Три победы — это ещё не выигранная война.
— Но это лучше, чем три поражения.

Информация – ключ ко всему. Вы должны узнать сильные стороны ваших врагов и понять, кто из друзей вам вовсе не друг.

Одни двери навсегда закрываются, а другие открываются в самых неожиданных местах.

— Мои предки плюнут мне в лицо, если я преломлю хлеб с вороной.
— Мои тоже, но в пекло их, они мертвы.

Помню, как одна женщина кричала нам, что мы дикие звери, когда мы волокли ее сына из лачуги. Мы не были зверями, звери верны своей природе, а мы свою предали.

— Тебе нравится, бабушка?
— Ещё одна золотая роза. Как оригинально. Я ем с тарелок с клеймом розы, я сплю на вышитых розами простынях. Золотая роза даже на моём ночном горшке, будто он от этого лучше пахнет. Розы навевают скуку, милая. «Вырастая, крепнем!» — самый унылый девиз среди всех домов. «Зима близко!» — вот такое вряд ли забудешь. «Мы не сеем» — сильно звучит! Таких домов опасаются! Лютоволки, кракены — свирепые чудища, а золотая роза вырастая, крепнет? Сердца застыли в ужасе.

Девочка не готова стать никем, девочка готова стать кем-то другим.

Надеюсь, однажды ты полюбишь кого-то. Полюбишь так сильно, что, закрыв глаза, ты будешь видеть её лицо. Я желаю тебе этого. Я хочу, чтобы ты узнал, каково это — любить всем сердцем. Прежде чем я заберу её у тебя…

Иногда нужно ступить в грязь и замарать сапоги, но сделать то, что нужно.

— Это Тирион, из дома Ланнистеров. Он убил твоего отца. Он убил десницу короля.
— О! И его я тоже убил? Трудился не покладая рук.

Убийство и политика — это не всегда одно и то же.