Флэш (The Flash) | Страница 2

Иногда, чтобы достичь цели, нужно на секунду остановиться.

— Ты погнался за преступниками?
— Да. Похоже, это они сегодня напали на оружейный магазин.
— И что бы ты сделал, поймав их? А? Попросил бы их остановиться? Ты не бессмертный! Стоп. Ты же не…
— Нет.
— Ясно. Не геройствуй. Не тебе гоняться за ними, а мне. Ты не полицейский. Пообещай!
— Обещаю.

— Он сказал, что будто смотрел в зеркало — и он прав. Но мы не просто выглядим одинаково. Что-то было в его глазах. Внутри них была боль. Я видел это и в себе. Когда я думаю о том, как жестоко были убиты мои родители.. Иногда мне хочется ответить на эту жестокость большей жестокостью. Мне хочется, чтобы кому-то тоже было больно, как мне.
— Но ты так не поступишь. Ты — не он. Ты добрый человек.
— Но, внутри меня, в моём сердце — эта… сила, эта боль — вот, что породило Савитара. Утрата. Утрата тебя.
— Ты меня не потеряешь. Ты слышишь? Мы остановим Савитара. Ты не один, а он — да. И он не бог.
— Джей сказал, что мы не боги. Он ошибся. Мы можем ими быть — с нашей скоростью это проще простого. Когда любовь в нашем сердце утопает в гневе, когда плохие воспоминания перевешивают хорошие… Кем мне придётся стать, чтобы остановить его?

— Вы о чем там говорите?
— Да так, ни о чем. Просто обсуждали как здорово убивать людей. Я не это хотела…

Я.. забыл, какого это… Я забыл, как быть другом.

— Циско, ты что вытворял? Сперва Золотой Глайдер, а теперь она?
— Я не могу выбирать, к кому меня влечёт… даже если это горячие и опасные женщины.

— Циско, тебе есть что сказать?
— В полном составе было лучше.

— Ты готов помочь мне?
— Я сделаю защиту твоего сердца своей главной миссией.

Мне тут друзья не нужны.

— Что ты тут делаешь?
— Ничего…
— С кем ты разговаривал?
— Н-ни с кем…
— Ты говорил с Барри?
— Кем?
— Барри Аллен! Его ударила молния, он пробыл в коме девять месяцев, проснувшись, начал бегать быстрее скорости звука. Знаком такой?
— Н-нет, ни разу с ним не говорил…
*Крик Барри из динамика*
— Циско, тут повсюду огонь! Циско, ты ещё там?!

Песни делают всё лучше.

— Как ты узнал, что так будет?
— Мне просто повезло.

— Знаем. Как-нибудь остановить робота.
— Верно. Остальные откроют брешь.
— И это весь план?
— Наш Снарт всегда говорил: «Создаём план. Исполняем план. Ждём что план пойдёт под откос. Отбрасываем план».
— Ого.. Это — отвратительный совет. У меня всегда есть подробнейший план и потому в нём не бывает ошибок.

Первый взгляд бывает обманчив. Наши страхи могут сыграть с нами злую шутку. Помешать решиться сменить путь — решиться идти дальше… Но обычно страхи скрывают от нас возможности, которые помогут обрести что-то новое… Нас могут ждать изменения в жизни… Или в судьбе, в семье, в любви. Эти возможности приходят к нам не каждый день… Так что, когда это происходит, нужно быть храбрыми. Надо идти на риск. Хвататься за возможности, пока они есть.

— Уже разобрался?
— Нет. Можно отключить генератор. Так я спасу заложников, но Дево скроется. А затем уже знаешь…
— Я имел в виду, разобрался ли ты, почему ты настолько рехнулся?
— Извини, я просто…
— Просто пытаешься защитить нас. Знаю, уже не первый раз от тебя слышу.
— Вы не готовы к Флэштайму! Пока нет!
— Мы станем готовы, если будешь тренировать.
— К суперскорости за десять часов не привыкнуть! Вы можете там погибнуть!
— Если не возьмёшь нас, мы тоже умрём! Мозги будут стёрты, и всё — для нас это конец.
— Нет, потерять двух лучших друзей по своей вине — вот что для меня конец! Ты считаешь, это стоит риска, но я не смогу себя простить!
— Барри. Не отправляй нас в запас из-за случившегося с ним.
— Ладно, второй психотерапевт мне ни к чему.
— Слушай, мы все кого-то потеряли! Это не даёт тебе права отворачиваться от нас!
— Всё, закрыли тему!
— Думаешь, ты один жалеешь о смерти Ральфа?!
— Ребята…
— Он приходил ко мне в Айрон Хайдс! Он говорил — ему страшно, он не готов! — а я его подталкивал! Переложил на него свою работу! Своё бремя!
— Мы создали тех мет. Мы дали Ральфу силы. Заговорил о бремени? Я всё это заварил! Я выстрелил из базуки, я открыл силу Скорости! Я сделал это не для того, чтобы ты теперь говорил, что снова спасёшь мир в одиночку!
— Я… Я знаю. И я знаю, что время на исходе. Одному мне не справиться! Но… Жизнь всех, кого я учил, стала хуже, чем была до нашей встречи!
— И даже у Ральфа? Даже у него? Ты говорил, что, даже когда некуда отступать и вокруг конец света, за ним всегда остаётся выбор. Выбор быть героем. Этот выбор заслужили и мы! Осталось показать нам, как.
— Вы правда этого хотите?
— Мы разделим твоё бремя.

Я знаю — ты здесь!.. Выходи и дерись как женщина!

— Скажи мне, что это у него такая прелюдия.
— Если это так, то она затянулась. Раздевайся!
[Глаз посланника Амунит падает в бокал Фелисити]
— Воу, не с глаз же начинают раздеваться!

— Вау! Хата у вас просто..
— .. Очешуеть?
— Праздничная.

— Ты не ответил на вопрос Кейтлин.
— Какой? Почему я кладу горчицу на картошку?
— Почему ты рискнул жизнью, чтобы прийти сюда?
— Этот… Я посмотрел в зеркало.
— Не понял.
— Послушай. На моей Земле у меня были слава, и власть, и уважение. Я был Ха-Эр Уэллсом! Но когда я взглянул в зеркало, я понял правду. Правда в том, что я был неважен. Я фальшивка! Я пришёл на эту Землю, чтобы переписать свою историю в буквальном и переносном смысле.
— Должен же быть какой-то выход!
— Его нет.

— Ты была так счастлива, когда я вернулся.
— Я счастлива. Ты мне дороже всего… Слушай. Мне приходилось объяснять друзьям и родным, почему мы предупредили их о свадьбе, но не прислали приглашений. Мне приходилось лгать о твоём исчезновении… И ты бы видел их взгляды, когда они понимали что это не правда. Представь, что они думали о нас.. И что о нас думала я.
— Айрис… Я же вовсе не хотел бросать тебя. Мне приходилось улыбаться ради остальных, но моё сердце разрывалось. И мне кажется, что отчасти я не обсудил это с тобой, потому что… я боялся. Я боялся, что ты, — попросишь меня остаться. И мне не хватило бы сил тебе отказать.
— Барри, откуда тебе знать, что я скажу, если ты не спрашиваешь? Я всегда готова помочь. Особенно, когда кажется что всё потеряно. Но ты должен мне позволить.
— Порой, речь не только о нас или команде, когда груз ответственности ложится на мои плечи, мне его нести. Потому что я — Флэш.
— Вот тут ты не прав. Раз я надела это кольцо, уже не может быть тебя, не может быть меня. Есть только мы. Флэш — вовсе не ты, Барри. А мы.

Друзья и родные Мины… пережили много тягот. Я не знаю, слышал ли ты это прежде, но — главная задача супергероя — защита людей.

— Я так рад тебя видеть.
— Я тоже. Как дела?
— Не так плохо, как я боялся. Перед тобой новый член санитарной команды «Айрон Хайтс» — самая быстрая швабра на Земле.

— Кейтлин пытается сказать в своей особо злобной манере, что мы только начинаем понимать, на что способно твоё тело. Не хочу показаться занудой, но я рекомендую быть осторожным. Пожалуйста.
— Доктор Уэллс, сомневаюсь, что осторожность сделала вас тем, кто вы есть!
— Инвалидом и изгоем? Именно неосторожность сделала меня таким. Сдерживай себя.

— А ты еще кто такой?
— Меня зовут Мон-Эл. Я её… друг… ну или больше, чем друг… мы много целовались.

Откуда у нас в коридоре самый страшный человек на свете?

Обязанность сильного — защищать слабых.

— «Лед и пламя» — шедевр современного абстракционизма. Олицетворение дихотомии существования.
— Олицетворение того, что люди тратятся на всякое дерьмо.

— В некоем отдаленном уголке Вселенной, разлитой в блёстках бесчисленных солнечных систем, была когда-то звезда, на которой умные животные изобрели познание.
— Ты мне Ницше цитируешь?
— Вы уничтожили спутник. Мои похвалы, шустрик. Можете уничтожить тысячу, но Просвещение не остановить.
— Я забыл, что Ницше говорил об уничтожении разума. Похоже, я пропустил эту лекцию.
— Неужто за год я ничему вас не научил? Неужели вы настолько толстолобы? Подумайте… Хотя нет, только голова заболит, так что позволь объяснить. Просвещённый мир: в течение дня все солдаты сложат оружие. Все ядерные бомбы будут обезврежены в течение полугода. Бедности, голода, болезней не будет. Мы очистим улицы. Люди отложат дурацкие телефоны и вновь станут любознательны! И я буду вести их новым путём. Я, не ты, спасу этот забытый богом мир!
— Нет, ты его подчинишь! Ты хочешь отнять свободу воли!
— Жалкая цена для человечества, чтобы познать мир.
— Мы и себя знать не будем! Родители забудут своих детей, мужья забудут своих жён!
— Вот. Вы уловили самую суть. Эмоции — источник всех ошибок. Молекулы в нашем мозгу, что отвлекают нас, препятствуют прогрессу! И самое разрушительное и смехотворное из них — то, что вы, слабые умом, зовёте любовью. Я понял это по личному опыту, мистер Аллен. Скоро поймёте и вы.

— Зачем ты это сделал?
— Я не мог быть трусом… Я не трус.

Не начинай битву, которую не сможешь закончить.

Меня зовут Барри Аллен и я.. невиновен. Знаю, вы найдёте мои отпечатки пальцев на теле, знаю, вы найдёте на мне его следы ДНК. Но.. я не знаю, кто это сделал и откуда он в квартире. Могу лишь сказать, что меня подставили. Винят в том, что я не делал. Я не убивал Клиффорда Дево.

— Объясни, почему я чиню твою голограмму?
— Я очень убедителен. Кстати, мой партнёр на моей Земле, Рэндальф, частенько говорил: «Да, Ха-Эр, ты бы смог убедить ковбоя купить грязь в песчаной буре!»

— И это не самое странное что случилось. Я поскользнулся на бочке шариков, как в каком-то мультфильме.
— Тебе серьёзно не повезло.
— Везения не существует.
— Да? Моему кузену Гектору это скажи — его сглазила бывшая — уже три года не может найти парковочное место у центра.

История развивается циклично. Поэтому, мы должны изучать события прошлого, чтобы прокладывать дорогу в будущее. Те, кто не учатся на ошибках… Те, кто не учатся на ошибках истории — обречены их повторять.

— Я хотела вновь коснуться тебя.
— Сможешь.. Обещаю. Увидимся завтра?
— Каждый день.

— Эй, Джо, всё хорошо?
— Отлично! У меня тут свежее место преступления, один труп, детективы опрашивают свидетеля, повсюду развешаны мили жёлтой ленты… Не хватает только одного. Догадываешься, чего?
— Скоро приду.

Она больше не ваша маленькая девочка. Она невероятно храбрая и сильная женщина. Это видно с первого взгляда. И она хочет быть с ним. Как бы ей не было страшно сказать об этом, как бы не было опасно любить его, они оставались вместе. И когда ты находишь такую любовь, за нее нужно держаться, кто бы не пытался тебе помешать. Теперь я это понял.

— Что ещё за темная материя?! Почему она в моих клетках?!
— Стенки каждой клетки его тела стали эластичными?
— Для неразрушимой связи на атомном уровне — его клетки можно тянуть и тянуть…
— Как пластилин?
— Как пластилин.
— Я пластилин?
— Нет.
— Вроде.
— Я пластилин?!

Порой мы считаем себя умнее, чем есть на самом деле. В моем времени учебники полны описания эпохи великих героев. Зелёной Стрелы, Чёрной Канарейки, Флэша. При этом никто, никогда не слышал о Фелисити Смоук.

— Ты был самым счастливым мальчиком на свете.
— Точно из-за того, что ты вошла в мою жизнь.

— С меня кофе, новичок… Как я мог забыть кошелёк?
— Не волнуйся, со всеми бывает… пятый раз подряд. И хватит уже звать меня новичком!
— Прости. Привычка с тех времён, когда я был в полиции. До того, как ты лишил меня работы, карьеры, разрушил мою жизнь. Растоптал мой дух и бросил одного в этом мире.
— Не забывай, ещё я сделал тебя аморфной резиновой массой.
— Это единственное, что ты сделал хорошего. Хотя это было не намеренно и потому не твоя заслуга.

Перчатки? На месте. Очки?.. На месте. Суперсилы…? На месте.

— Мы несём ответственность перед городом и Плаксой.
— Что предлагаешь делать?
— Нужно спасти его до того, как Амунет сделает задуманное. Сесиль, собери всю информацию об Амунет. Фелисити, достань чертежи её клуба. Мы справимся. Мы — сильные женщины.
— Да. Хештег «феминизм».
— Хештег «феминизм».
— Хештег «феминизм».

Я не буду беглецом, если приговорят — придётся сесть.

— Слушай, а ты не должен работать над своим музеем?
— А не должен ли ты, Франциско, помочь мне с голограммой?
— Это не моя забота.
— Я хотел кое-что тебе показать.
— Почему мне кажется, что это ловушка?

— Я пойду настрою спутник на поиск тёмной материи, найденной костюмом.
— Нет, не пойдешь.
— Да, пойду.
— Нет, не трогай! Не трогай мой спутник!
— Ещё как потрогаю!
— Стой!

Святой огурец, это что ещё за боевая речь была сейчас?

— Получай, Тянучка!
— Не сегодня, Сатана!

— Ты ведь ничего не говорил Айрис, так?
— Нет, я же обещал, а я держу обещания!
— Будешь дальше так лгать — и тебя снова ударит молния.

Думаю вы слишком строги к своему сыну. Понятно почему он не сказал вам сразу. Посмотрите на свою реакцию. Если бы вы только послушали его, узнали о его мотивах и попытались взглянуть на все с его точки зрения, может вы бы поняли, почему он не рассказывал об этом прежде.

[Циско вылезает из вентиляционной системы, убегая от отца Цыганки]
— Рамон, думаешь разумно красться при нашей то системе защиты?

Фу, олень Рудольф обделал вашу праздничную ёлку?

— Просто, очень приятно видеть, как часто ты улыбаешься.
— Как я могу не улыбаться, зная, что я проведу с тобой остаток жизни.

— Чтобы найти Дево, нужно больше мозгов.
— Так бы сразу и сказали! Величайший детектив к вашим услугам!
— Я сказал, БОЛЬШЕ мозгов.

Привет, Барри. Я должна кое-что сказать тебе. Я люблю тебя. Если что-то случится — ты должен это услышать. Я, Айрис Уэлл Уэст, беру тебя, Бартоломью Генри Аллена, в мои законные мужья. С этого дня я буду.. рядом с тобой, в болезни и здравии. Буду любить и беречь… Пока смерть не разлучит нас.

— Мне не стоило возвращаться.
— Ты не права, Кейтлин, — ты всегда можешь вернуться к друзьям.

— Точно, Барри. После Силы Скорости ты смотришь на жизнь по-новому. Но я не уверенна, что позитивного настроя хватит.
— Я пытаюсь не терять уверенность, ради всех, ради тебя. Не забыла? Флэш — это мы.
— Мы — Флэш.

— Вы проникли на нашу землю и будете отправлены на арену для казни.
— Что? А где тут табличка «Посторонние будут казнены»? Было бы очень кстати, знаешь ли.

— Когда мы делаем что-то хорошее, всё идет наперекосяк.
— Мы прокляты.
— Стоит освятить лабораторию.

Твой муж мёртв. Дай мне спокойно умереть.