Анна Островская. Волшебники не умирают (памяти Алана Рикмана)

Охрой и медью окрасится осенью лес,
дикие травы поникнут, задуют ветра.
Я наколдую нам счастье – до самых небес.
Пусть оно будет. Пора.
Зимние вьюги проверят на прочность засов,
крышу, и окна, и каждую щёлку дверей.
Нет, мне не страшно. Мой дом сохраняет тепло.
Главное – не болей.
Долгими вечерами не жду тебя.
Ты же не все ещё двери открыл, изведал.
Но без тебя скучает кухня моя…
Пахнет пшеничным хлебом.
Я до весны подожду. Пусть чужая зовет сторона,
веру мою чужаки зачеркнут едва ли.
Рыжие брови и теплое сердце у моего колдуна
и глаза цвета стали…

Я приеду гостить: как же можно без странствий?!
Обойду целый мир! И обратно вернусь.
Нет второго такого же места в пространстве.
Я люблю Петербург. Я опять остаюсь.

Хватит наказывать изнутри
Душу свою за простые промахи!
Что ты творишь с собой?! Посмотри:
Вздрагиваешь от каждого шороха…
Стань себе другом! Пойми, нельзя
Вечно обиды нести за прошлое.
Высуши слёзы, открой глаза!
В боли ведь нет ничего хорошего.

Я вместе с летом провожу сомненья,
Пусть вянут, как трава, мои печали,
Обиды и о прошлом сожаленья.
Пусть осень станет перемен началом!
Зима укроет снегом все заботы…
Ну, а пока – я провожаю лето!
И по дороге утром на работу
Опять сложу осенние букеты.

С возрастом понимаешь: один на один
каждый из нас со своим набором желаний.
Мы получаем от мира не всё, что хотим,
да и хотим не всё, что мы получаем.
И не всегда справедлива к людям судьба,
а уж любовь справедливости вовсе не знает:
доброму часто беды достаётся сполна,
злые же очень неплохо живут-поживают.