Нет обладания, есть только бытие, только жаждущее последнего вздоха, жаждущее задохнуться бытие.
Как можно радоваться миру? Разве только если убегаешь в него.
Люди очень много и очень громко говорят, для того чтобы сказать как можно меньше. Это очень шумное молчание. По-настоящему существенны и интересны при этом лишь закулисные сделки, о которых не упоминают ни единым словом.
Театр сильнее всего воздействует тогда, когда он делает нереальные вещи реальными. Тогда сцена становится перископом души, позволяющим заглянуть в действительность изнутри.
Истина неразделима, значит, она сама не может узнать себя; кто хочет узнать ее, должен быть ложью.
Раньше я не понимал, почему не получаю ответа на свой вопрос, сегодня не понимаю, как мог я думать, что можно спрашивать. Но я ведь и не думал, я только спрашивал.
