Stand Up

Недавно Путин подписал закон о запрете мата в СМИ. Мне кажется, мы можем по-разному относиться к нашему президенту, но нужно признать, что всё-таки это самый лучший закон, который он когда-либо приня́л или при́нял после закона об ударениях.

Я люблю путешествовать, много путешествую по миру, и недавно я был в Азербайджане. Азербайджан — это очень гостеприимная страна, там живут очень гостеприимные люди. Меня хорошо встретили, накрыли на стол, было много еды, я ел, и в какой-то момент понимаю, что я больше не могу. Я им говорю: «Я больше не могу». Они отвечают: «Если ты не доешь, мы обидимся». И я заметил, что в основном так говорят представители таких национальностей, которых ты вообще не хотел бы обижать.

Странно, что в шестнадцать лет тебе доверяется выбор твоего будущего, когда ты не понимаешь, что ты хочешь. Более грустно, когда ты после универа не знаешь, что ты хочешь. Я учился по специальности «Металлорежущие станки и оборудование». Сидел на паре по сопромату, мы чертили двигатель вразрез, и всё, о чём я думал: «Блин, что-то идёт не так…» И я не про чертёж, а про ситуацию в целом… <...>
У меня есть друг, у которого три высших. Какую тайну ты хочешь открыть вообще? Собрал комбо, сейчас в «Люди Икс» будешь поступать? Мне кажется, человек боится жизни. Он вышел из универа и говорит: «Что я умею? Учиться, ага! Возвращаемся…»

Детские мультфильмы — это просто пособие по нанесению травм, потому что в детских мультиках нет смерти. Там всё, что получает кот, если его мышь ударит сковородкой по лицу — это лицо в форме сковородки. Упал на голову кирпич — яркая пульсирующая шишка. Засунул пальцы в розетку — яркие звёздочки в разные стороны. Насилие это даже весело. Надо, чтобы всё было как в жизни: бросил кот на мышонка наковальню — всё. В следующей серии грустные мыши в чёрных косынках ходят по соседям, спрашивают, есть ли лишние стулья.

Вы замечали, что мы встречаем бомжей только в тех ситуациях, когда нас хватает максимальная депрессия? Только в этих местах. Ты едешь куда-то в пять утра в метро по фиолетовой ветке, куда-то струячишь на работу, думаешь: «Как я живу? Надо что-то менять! Надо путешествовать…» Смотришь на бомжа и уже думаешь: «Проехать фиолетовую ветку тоже путешествие».