Цитата из книги «Шестой Дозор» — Сергей Лукьяненко

— Что ты делаешь, когда в игре тебя сбивают или полосуют на кусочки?
— Перегружаюсь и иду по-новой.
— Вот именно. К этому быстро привыкаешь. Веришь, что смерть обратима…
— Она и так обратима.
— … и всегда можно начать заново. Вместо ярости остаётся азарт. Вместо ненависти — честолюбие. Вместо страха — обида. Ты можешь быть асом в лучшем пилотажном симуляторе, но грохнешь свой корабль на первой же посадке. Можешь быть снайпером лучше мршанцев, но не подстрелишь врага даже из интеллектуальника. Ни один профессионал не играет в игры.

… никто никогда ничего не решит за вас. Ни президент, ни начальник, ни добрый волшебник.

— Вот читал я тут недавно Генри Миллера… — неожиданно изрёк водитель.
Вид водителя не внушал надежда даже на то, что он читал модных Мураками и Коэльо. Честно говоря, насчёт Тургенева, Джека Лондона и Стругацких тоже существовали изрядные сомнения…
— Слушай, вот не понимаю я этой высокой литературы! Читаю, читаю… Что за беда такая? Если высокая литература — значит или говно едят, или в жопу трахаются! Вот как себя пересиливать — и читать такое?
— Вы не пересиливайте, — посоветовал я. — Читайте классику.
— Я Тютчева очень люблю, — неожиданно сказал водитель. И замолчал — как обрезало. Так мы и доехали до Студёного проезда — молча и в размышлениях о высокой литературы.

Настя заглянула мне в глаза.
— Зачем мы живём, Денис?
— Чтобы быть живыми, — ответил я, отпирая дверь.

Те люди, что отказываются от инициации и остаются людьми, поступают, наверное, мудро. Глупо, но мудро…