Одна страсть, захватив нас, измещает все прочие страсти.
Всё-таки вспомнить пора, что первое, кому мы принадлежим, — это человечество.
Что-то есть благородное в лечении сильным ядом: яд не притворяется невинным лекарством, он так и говорит: я — яд! берегись! или — или! И мы знаем, на что идём.
Арестант Нержин не рисковал ничем, кроме десяти суток карцера, — девушка рисковала анкетой, карьерой, может быть даже свободой, — но у неё не было сил оторваться от рук, запрокинувших ей голову.Первый раз в жизни её целовал мужчина!..Так змеемудро скованная стальная цепь развалилась в том звене, которое сработали из женского сердца.
Идут десятилетия — и безвозвратно слизывают рубцы и язвы прошлого.
С Украиной будет чрезвычайно больно. Но надо знать их общий накал сейчас. Раз не уладилось за века — значит, выпало проявить благоразумие нам. Мы обязаны отдать решение им самим — федералистам или сепаратистам, кто из них кого убедит. Не уступить — безумие и жестокость. И чем мягче, чем терпимее, чем разъяснительнее мы будем сейчас, тем больше надежды восстановить единство в будущем. Пусть поживут, попробуют. Они быстро ощутят, что не все проблемы решаются отделением.
