Я искал ответ на вопрос о том, что давало мне отчаяние теснившееся у меня в груди когда-то прежде. Моя запятнанная кляксами мрака душа, подобно бутону тянулась и распускалась, из самых неизведанных глубин клоаки, на встречу свету и чистоте. И в те моменты я вдоволь напивался дурманящего напитка, коим была истинная жизнь. Но на меня снизошло озарение, я вдруг понял, что жизнь, в которой человек имеет всё, что желает, пуста и неинтересна. И тогда я вновь окунулся в отчаяние. Пресыщенность миром бросила меня в ещё большее отчаяние, чем прежде. Головокружительная и шикарная жизнь, вино из лучших урожаев полувековой давности, белокурая прелестница рядом… Я пресытился всем, чем только мог. В такие моменты жизни желания смерти становится необратимым…
