Жизнь | Страница 2

Люди дышат иллюзиями. Абсолютно все. Путают иллюзии с надеждами. Иллюзии — воздушные змеи, запускаемые в небо будущего. Рано или поздно их унесет ветром.

Важно понимать, чего мы хотим, так как это подсказывает нам, что надо делать, чтобы жизнь стала осмысленной и радостной.

Жизнь такова, какой ты ее делаешь, — повторяла она. — Если не желаешь драться, значит, заслуживаешь смерти.

Жизнь непременно отбирает у человека друзей детства.

Самое противное в большинстве мужчин — что они метят в главные герои не только собственной жизни, но и жизни своей женщины, а Маргарете как-то совсем неохота стать эпизодическим персонажем собственной биографии.

Только близким людям, знающим нас с детства известно, каковы мы на самом деле – без прикрас, масок, и прочнеющей с каждым годом брони вокруг сердца.

Одного отшельника спросили:
— Почему ты с такой лёгкостью отказался от всех благ земной жизни?
Отшельник ответил:
— Я знаю, что смерть насильно отняла бы у меня все блага жизни, поэтому предпочёл отказаться от них добровольно.

Величайший изъян жизни — вечная её незавершённость из-за нашей привычки откладывать со дня на день. Кто каждый вечер заканчивает дело своей жизни, тому время не нужно.

Я верую!

Невозможно удержать лавину, катящуюся с гор. И всякий, кто попытается это сделать, будет раздавлен ею. Лучше переждать, а потом откапывать заживо погребенных.

Есть люди, которые родились на свет, чтобы идти по жизни в одиночку, это не плохо и не хорошо, это жизнь.

Я предпочел бы пожертвовать жизнью, нежели быть нужным кому бы то ни было.

Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на уныние, и слишком многогранна. В ней достаточно и поводов для радости и дел, которые никто не сможет сделать, кроме тебя.

А жизнь, она ведь любит бесцеремонно ткнуть тебя носом в твои же заблуждения.

Каждая человеческая жизнь равноценна другой и достойна спасения.

Жизнь — сложная штука, что ж теперь? Ведь всем трудно, правда? И любой, кто скажет обратное, — лжец.

Жизнь людей так скоротечна, что её можно сравнить с ростком фасоли. Печально, что невозможно вернуться назад. Когда время, сияющих как драгоценности, молодости и зрелости проходит, старость набирает обороты.

Все ревностно исполняли свой долг, а сегодня на плитах, призванных увековечить их совершенства, дети играют в чехарду.

Это не то, с чем легко жить, — отнять жизнь у другого.

Каждая жизнь должна служить нам, чтобы мы учились чему-нибудь. Любви. Искренней увлеченности. Искусству. Вот чему надо посвящать свою энергию. Тому, что нас улучшает, а не разрушает. Именно этому надо уделять самое большое внимание!

Для новой жизни надо снова родиться, а перед тем умереть. Родится мужняя женщина — девушка умирает. Родится кметь — отроком меньше.

Уж лучше умереть, чем жить по инерции, жить жизнью, в которой нет ничего, кроме повторения пройденного. Умереть – значит перейти в неведомое. Умереть – значит испытать радость, испытать радость при мысли о том, что ты отдаешься на милость стихии, которая гораздо обширнее привычного нашему рассудку мира, а именно абсолютному неведомому. Вот это и есть радость. Но стыдно и унизительно человеку жить, словно механизм, замкнувшись в себе усилием собственной воли, быть существом, оторванным от непознанного. В смерти же нет ничего позорного. Позорна только жизнь, каждое мгновение которой ничем не заполнено, которой человек живет только по инерции. Жизнь и в самом деле может стать постыдным унижением для человеческой души. Но смерть – это не позор. Смерть, которая есть безграничное пространство, нам никогда не удастся запятнать.

Теперь мне за тридцать — и что впереди? Одна серая мгла, скучное, однообразное продолжение впредь; начать новую жизнь поздно, продолжать старую невозможно. Сколько начинаний, сколько встреч… и все окончилось праздностью и одиночеством.

То, что я называю генератором исторических событий, не просматривается в самих событиях — так же как в деяниях богов не угадываются их намерения. Как говорится, неисповедимы пути Господни.

Кто не трогает, тех больше всего и режут.