Мия колуччи

— Надо срочно разработать линию защиты.
— Я предлагаю утопить негодяя в нужнике!

— Марисса, пожалуйста, не вмешивайся, ты всё испортишь!
— Я попорчу тебе лицо, тупица.

— Мануэль, поговорим?
— Конечно. Завтра после уроков.

— И где же ты собираешься праздновать? В хлеву или свинарнике?
— Я о них думала.

— Но я ненавижу оперу, это скучно.
— Милая, это не так уж и скучно.
— Сабрине нравится.
— Ну еще бы! Но зачем мне идти в оперу? Когда я стану старухой, буду заказывать себе ложу… и я буду ходить. А сейчас… что я там не видела?

— Папа, решил отравить мне жизнь?!
— Он тебя еще не обрадовал?
— Его вышлют из страны?

— Если кто и разубедит, то только не ты, не смеши меня.
— Смех вреден.

— Если ты хочешь удивить гостей, я подскажу тебе место.
— Какое?
— Цирк. «Мия и прочие обезьянки».

— Никто, как вижу, не пришёл.
— Я здесь.
— Ты не в счёт.

— Оно шершавое на ощупь, морщинистое, как кожа Мии…
— Юродивый!
— Иногда встречаются жесткие волоски, напоминающие усы моей соседки… Отверстие пустое, как голова Мии Колуччи. Полюбуйся, пусто совсем.

— Я неплохо провожу с ним время, он славный.
— «Я неплохо провожу с ним время», «Он милый»… Так можно говорить о комнатной собачке.

— Что уставилась?
— Я долго думала над предложением твоей мамы и пришла к выводу…
— Думала?!
— … Что готова разделить с тобой свой праздник.
— И не надейся.
— Я уже приняла решение, назад дороги нет. Мы будем праздновать вместе.
— Если ты доживёшь.

— Слушай, неужели все эти процедуры надо делать перед сном каждый вечер? Это же ужасно!
— Фели, когда ты постареешь, ты скажешь мне спасибо за свою кожу, поняла?
— Ты замечательная подруга, Мия! Лучше у меня нет!

Моя голова не пустое ведро, чтобы её чем-то забивать.

— Интересно, за мной везде крадётся мексиканский орангутанг. Может, лиану развесить, чтобы тебе сподручнее было?
— Оторвать бы тебе голову и сыграть ею в футбол, вот было бы здорово…

— Пабло ухаживает за Мариссой?
— Фелиситас, опомнись! Это все равно, что носить брюки-стрейч от Армани с туфлями на платформе!

— Что случилось?
— Ничего…
— Будь все в порядке — ты бы огрызнулась!

— У меня нет настроения вести войну, так что пока.
— Я тоже не хочу воевать. Ты можешь принять более приличную позу для разговора со мной?
— Ты знаешь, что я не сильна в приличиях, а сейчас я ещё и расстроена. Чего тебе ещё? Завтрашнее мероприятие ты можешь обсудить с Маркосом, Мануэлем.
— Могу, но мне нужна ты.
— Ты решила устроить показ мод или выборы королевы красоты среди безмозглых кукол, да?

— За нами заедут ровно в девять.
— Ладно, я даже приму душ в честь такого события.

— Марисса, пожалуйста, не вмешивайся, ты всё испортишь!
— Я попорчу тебе лицо, тупица.

— Что это? Похоже, мексиканец хочет закончить то, что начал вчера. Розы и записка говорят об этом.
— Ты думаешь?
— Нет, это не так! Мануэль благодарит тебя потому, что ничего не случилось. Эта роза символизирует твою чистоту и невинность.

— Нет, разговор пойдёт не об этом.
— А о чём?
— О наших путешествиях…
— То есть поиздеваться надо мной, потому что я никуда не еду?
— Нет, я приглашаю тебя с нами.
— Что?! Ты упала и ударилась головой?
— Нет, просто грустно оставаться одной. Мы можем вместе поехать в Диснейленд, а на обратном пути завернуть на пару дней в Мачу-Пикчу.

— Дочь, которая окончательно слетела с катушек!
— Откуда я слетела?! Можно поподробнее?
— Я отправлю тебя в закрытый колледж!
— Еще более закрытый?

— Привет, Соня, а мы вот решили на яхте прокатиться.
— А отца как якорь взяли? Он такой зануда, что и к корягам будет цепляться.

— Кто тут меня поминает?
— Во-первых, не ори, мы не на базаре.
— А ты не выступай, мы не в суде.

— Ты хочешь в Мачу-Пикчу?!
— Да, пока вы будете осматривать остатки древних индейских городов, я поброжу по магазинам, где есть кондиционеры и вкусно пахнет.
— Да, инки десять веков назад построили там супермаркет, где продавали набедренные повязки.
— Это не важно. Заодно поменяй нам билеты, чтобы не пролететь мимо твоего Мучу…
— Мачу-Пикчу. Подожди одну секундочку. Ты, конечно, тупая, поверхностная, у тебя не хватает извилин, но я поняла, за что моя мама тебя любит.

— Твоя мама!
— Черт с ней! Здесь твой папа!
— Он опять издевается над хрупкой беззащитной женщиной, ну, я его живо отучу от этого!
— Больница отучит!

— Прости.
— Не прощу! В гроб лягу, а помнить буду.

— Ты его помоями облила, потому что у тебя язык, как помойка.
— Ой, пошутила. Нико, дай ей пирожок.

— Я возьму билеты и позвоню в агентство.
— Нет, я отдала все билеты Мариссе.
— Что-то я плохо слышу. У кого наши билеты?
— У Мариссы, а что тут такого?
— Мия, через час ты случайно наступишь ей на ногу и она отправит тебя к пингвинам в Антарктиду!

— За что ты его ненавидишь?
— Я его не ненавижу, я его презираю и желаю ему смерти.

— С кем ты гуляешь по Парижу, Мия?
— С кем? С парнем… Он сын друга папы.
— Все ясно, как его зовут?
— У него прекрасное имя — Пьер.
— Прекрасное? Прекрасное имя Пьер?! Это не имя, а кличка собачья!

Эта девица даже страшнее Мариссы.

— Я даю слово любить тебя вечно, до самой смерти.
— И после смерти.

— Я его племянница.
— В семье не без урода.

— Может, у тебя ЭТИ дни.
— Дни повышенной влажности, когда прическа не держится?

— Кто, кто вбил в тебя эти мысли?
— Мануэль помог мне понять, чего я хочу, указал мне свет истины.
— Это неизлечимо.

— Это надо же! Как обидно!
— Не расстраивайся, это не последняя.
— Да мне наплевать на рыбу! Я ноготь сломала!

— Пусть она перестанет говорить обо мне в третьем лице!
— Я в лицо скажу, что ты дура.

Мужчины не одинаковые, они разные… Один хуже другого!

Лус — дурной вкус!

— Ману, сколько детей ты хочешь?
— Не знаю… Ты скажи!
— Нет, я у тебя первая спросила!
— Двоих.
— Шестерых!
— Шестерых? Нет, я столько не хочу!
— Почему?!
— Мне столько имён не придумать!
— Ладно! Тогда я найду того, кто придумает!