Капитан гектор барбосса

Кодекс — это просто свод указаний, а не жёстких законов.

Жадность — грех.

— Сойти в порту, как только ты назовёшь нужное нам имя. Поверить, что ты не солгал, и смотреть, как ты забираешь мой корабль.
— Нет. Условие такое. Ты сойдёшь в порту, не зная этого имени. Я отплыву на моём корабле и крикну тебе имя издали. Смекаешь?

— Тысяча чертей! Как ты оттуда спасся?
— Когда ты бросил меня на необитаемом острове, ты не учёл одного важного обстоятельства. Я — капитан Джек Воробей.

Хотя немного жаль, что пропадает такая красота. Так что сперва отдайте платье, дорогуша.

— Говорите, мисс.
— Капитан Барбосса, я обращаюсь к вам с предложением ограничить агрессию в отношении Порт-Рояла.
— Очень уж затейливые слова, они не привычны уху простого пирата. Чего вы хотите?
— Чтобы вы убрались отсюда и никогда не возвращались!
— Я вынужден отклонить ваше деликатное предложение.

Лунный свет являет нашу истинную сущность. Мы не живые, а значит не можем умереть, но мы и не мертвы. Вечная агония — я страдаю от жажды и не могу ее утолить. Умираю от голода и не могу умереть. Я не чувствую ничего — ни ветра, ни брызг морской воды в лицо, ни солнца, ни тепла женского тела.

— Я уже не маленькая и давно не верю в сказочки про духов и привидений. <...>
— Начинайте верить в сказочки о привидениях, ведь вы теперь в одной из них.

Я тоже не верил в проклятье, когда услышал эту историю. Зарытый клад на Острове Мертвых, а путь к нему могут найти лишь пропащие души, которые уже знают, где он находится. Но мы его нашли, каменный сундук, и там было золото. Мы взяли все и принялись тратить, бездумно просаживать его на еду, выпивку и продажную любовь. Но чем больше окунались в утехи, тем больше становилось ясно, что вино не горячит нашу кровь, еда во рту превращается в золу и даже всем блудницам мира не унять дикий огонь похоти, терзающий нас. Проклятье мстит, мисс Тёрнер. Сперва алчность нас привела на остров, а сейчас поглотила полностью.