Вражда (Feud)

Дело вовсе не в деньгах, дело в доверии.

Моя мать всегда говорила, не говори ничего плохого о мертвых. Говори только хорошее… Джоан Кроуфорд умерла. Хорошо.

Знаешь, Джоан, в последний раз, когда я позволил актеру управлять процессом, я сделал «Четверку для Техаса». Если «Шарлотта» не будет иметь успеха, я вернусь к съемкам сериалов. Поэтому я предлагаю тебе отложить свой гребаный сценарий и взять свой гребаный контракт и хорошенько прочитать. Завтра утром, 7:00, не позже.

У меня тоже отличные сиськи, но я не тычу им всем в лицо.

Шевелитесь, шевелитесь, шевелитесь. Не говорите, просто работайте. Это касается всех вас. Не обращайтесь к Мисс Кроуфорд, пока она не обратилась к вам. Поторопитесь, это день вручения Оскара.

— Джоан. Каково это — чувствовать себя самой красивой девушкой в ​​мире?
— Это было замечательно. Самая радостная вещь, которую я когда-либо могла себе представить… И этого всегда было мало. Ну, а как насчет тебя? Какого чувствовать себя самой талантливой в ​​мире?
— Отлично… И этого всегда было мало.

Ну, мужчины, возможно, и построили пьедестал, но это женщины разрушают его кусочек за кусочком.

— Бетт? Вот чего я действительно ожидаю от этой картины, так это нового друга…
— Я тоже.

— Моя первая свадьба? Мы с Джереми навсегда!
— Конечно, дорогая, я… Конечно. И как бы долго это ни продолжалось, я хочу, чтобы ты знала, что у тебя всегда будет место, куда можно было бы вернуться.

Вражда не основывается на ненависти, лишь на боли, только на боли.

Я всю свою жизнь была Джоан Кроуфорд. Женщиной, которую я создала для других. Я не знаю, кто я, когда я одна.

— В книгах женщины делятся на три группы: инженю, матерей и мегер.
— А в какую из них вы относите себя?

Ей это нужно. И кроме того, они должны узнать, что Голливуд сделал с ней.

Такого соперничества вы еще не видели. Почти полвека они ненавидели друг друга, и мы любили их за это.

Протез… Нет. Я сделаю операцию, если понадобится, но никаких протезов. Я бы предпочла плеваться кровью в раковину, чем выглядеть как Марта Рей.

Ну, вы знаете, как говорят о звездах. Они как новогодние елки. Как только погаснут все огоньки, останется смотреть только на опадающие иголки.

Когда я слышу, как люди говорят: «Это же Джоан Кроуфорд!», я оборачиваюсь и говорю: «Привет. Как дела?»

Я сожалею, что не стала тебе подругой. Но ведь пока ещё не поздно? Можем начать сейчас.

Дождитесь меня, ребята. Сегодня я принесу вам младшего брата.

— Мисс Кроуфорд, в вашем возрасте, вам нужно больше беспокоиться о здоровье, нежели о внешности.
— Я перестану беспокоиться о том, как я выгляжу, когда они окунут меня в формальдегид.

То есть все это время мы могли бы быть подругами?

Это, мой друг, Оскар за лучшую женскую роль, которую я выиграла в 1945 году за Милдред Пирс. И я хотела бы получить еще один.

Ни один человек никогда не делал плохой работы, потому что у него была привлекательная женщина, на которую можно было смотреть.

— Ты трахал Джоан Кроуфорд?
— Нет, хотя возможность определенно была.

Знаете, в Японии, когда вам исполняется 60 лет, вы надеваете ярко-красную шляпу. Вы празднуете Канрики. Это второе детство. Жизнь не заканчивается. Это только начало.

Все это в конце концов, Джоани. Вы знаете, мы, люди шоу-бизнеса, знаете, весь тот гнев, который мы чувствуем от того, что нас не любили… вот почему мы в этом деле в первую очередь… все слезы и крики и ярость, все это исчезает. Общественность, по большей части, помнит только хороший материал. Работу. И всю радость, которую мы им принесли. Поверьте мне, все страдания будут стоить того.

— Каково это — быть самой красивой женщиной в мире?
— Прекрасно. Самое прекрасное чувство, которое можно представить. Но его всегда было мало.

Неужели я правда так выгляжу? Если они видят меня такой, больше никогда не увидят.

— Он сказал, что во мне нет сексуальности. Он сказал: «Кто хотел бы трахнуть ее? …» Мне было 22. И меня не трахал никто.
— Ты должна выспаться.
— Угадай, на кого я должна была быть, по его мнению, похожа? На Джоан Кроуфорд.