Дорога

Бога нет, а мы его пророки.

За всю историю человечества наказаний было больше, чем преступлений.

Когда мы все умрем, никого не останется, кроме смерти, да и ее дни будут сочтены. Она пойдет по дороге, а вокруг пусто, никого нет. Что ей тогда делать? Вот она и спросит: «Где все?»

— Люди всегда готовятся к будущему. Я же об этом никогда не заботился. Будущее их не ждет. Оно даже не подозревает об их существовании.

Просители не имеют права выбора.

Если тебе снится мир, которого не было или которого никогда не будет, и тебя переполняет радость, то это как раз означает, что ты сдался.

Он знал одно — ребенок был его спасением. Сказал себе: «Если он не творение Господне, значит, Бога никогда не было».

Люди обрызгали их бензином и подожгли. Не будучи в силах справиться с самим злом, жгли змей заживо, считая их олицетворением зла. Охваченные огнем змеи извивались от боли, некоторые уползали вглубь грота, освещая пламенем дальние углы. Они ведь немые, а потому не было криков и люди смотрели на их мучения молча, а потом в лучах зимнего заката, не говоря ни слова разошлись по домам, чтобы не пропустить ужин.

— Все, что ты сейчас запомнишь, останется с тобой навсегда. Хорошенько об этом подумай.
— Но что-то иногда забывается?
— Да, ты забудешь то, что хочешь помнить, и будешь помнить то, что хотел бы забыть.

— Я не хочу, чтобы ты на них смотрел.
— Они от этого не исчезнут.

Все в этом мире вырвано с корнем, зависло в безжизненно-сером воздухе, все держится на одном дыхании, коротком и слабом. Почему мое сердце не из камня?

— Что ты будешь делать, если я умру?
— Если ты умрешь, я хотел бы тоже умереть.
— Чтобы не расставаться со мной?
— Да. Чтобы не расставаться с тобой.

Не всем предсмертным словам можно верить.