Отряд самоубийц (Suicide Squad)

Не терпится показать тебе свои игрушки.

— У меня есть еще одна просьба, доктор.
— Да, все что угодно.
— Новый пулемет.
— Пулемет?

— Что, хотите сыграть в «Крестики-нолики» версии «Я оторву вам башку»?
— Ты бредишь, мужик!

— Вы отправитесь в очень нехорошее место. Вероятно, вернётесь не все.
— Умеешь ты подбодрить.

До побега, пока у нее не съехала крыша, она была доктором Харлин Квинзель. Психиатром в лечебнице Аркхэм. Занималась Джокером лично. Она думала, что лечит его и не заметила, как влюбилась.

Давайте сделаем что-нибудь веселое.

Зубы заговариваешь… Он мне нравится. Он такой серьезный!

Даже так?! Всех убить и сбежать? Простите… Эти голоса… Ха-ха-ха, я шучу, Господи! Они не это сказали.

Треугольник, сучара.

— Доктор Квинзель, я живу ради этих минут с тобой. Что там такое?
— Я принесла вам котенка.
— Как трогательно.

— Что это?
— Это мясной хлеб.
— Хлеб.
— Всего понемногу, спагетти с душком. Крысиный помёт. Ногти. Всё, что нужно растущему организму.

— Эм… Меня зовут Харлин. Харлин Квинзель.
— Какое прекрасное имя! Твои друзья называют тебя Харли?
— Ох… У меня не много друзей.
— Ну, Харли… У тебя только что он появился.

— Ты счастливчик. Она дьяволица.
— О так и есть. Она настоящая дъяволица! Огонь моих чресел. Заноза в моем сердце. Одна на миллион — роскошная Харли Квинн!

Да вы шутники, ребят!

Ты парень с огнём, да? Ну-ка, ну, ну, глянь! Огонь! Ууууу!

А как же воровская честь?

Я тебя мотивировал. Фил Джексон. Без обид?

Харли Квинн. Приятно познакомиться! Мне нравится твой аромат! Что это? Трупный смрад?
(Харли Квинн. Приятно познакомиться! Мне нравятся твои духи. Что это? Зловоние смерти?)

Она еще безумнее, чем он. И бесстрашнее.

Привет, мальчики! Харли Квинн. Как дела?

— Ты умрешь за меня?
— Да.
— Слишком просто. Будешь ли, будешь ли ты жить для меня?
— Да.
— Осторожно, никогда не произноси эту клятву, не подумав. Страсть приводит к уступкам, а уступки к подчинению. Ты хочешь этого?
— Хочу.
— Скажи это. Скажи это. Скажи это. Проси, проси, проси…
— Прошу.
— О боже мой, как ты… как ты хороша.

О, я не убью тебя. Я всего лишь сделаю тебе очень-очень больно.

— Пудинг!
— Пойдем домой.

— Зачем вам это, мистер Уэйн?
— Люблю заводить друзей.

Безумие — оно как гравитация, нужно всего лишь слегка подтолкнуть.

— А ты где был?!
— Это не моя война!
— Знаешь? Ты не дерьмо — ты намного хуже!
— Не трожь меня!
— А я тронул. И что ты сделаешь?
— Хватит! Показать тебе?!
— Да, давай! Показывай!

— Дамочка, эм, погиб мой пудинг, ты ведь можешь его вернуть?
— Могу, дорогая. Всё, что захочешь.
— Зуб даешь?
— Да, дитя. Нужно лишь встать на колени и подчиниться моей воле.
— Заманчивое предложение, но есть одна маленькая проблема: ты обидела моих друзей!

— До свидания.
— Вы выглядите измотанным. Это всё ночная работа.
— Сверните проект. Или мы с друзьями сделаем это за вас.

Так значит, да? Мы типа крайние. Типа Отряд Самоубийц.

— Игры разума.
— О чём ты?
— Да все эти «бомбы в шеях» — обман. Они хотят, чтобы мы стали пленниками своего же разума. Но оглянись вокруг: мы свободны, брат!
— Откуда ты знаешь?
— Можешь мне поверить — я это точно знаю. Так что я пошёл. У меня вся жизнь впереди. Один вопрос: ты со мной?
— Да.
— Разумно.

— Почему всё кончается перепалкой всякий раз, когда ты открываешь рот? Снаружи ты удивительна, но внутри уродлива.
— Как мы все! Как мы все, кроме него: он и снаружи урод.
— Не правда, крошка! Я ведь красавчик.
— Ещё какой!

Они стали королем и королевой преступного Готэм-Сити. И не дай Бог обидеть королеву.

Если он убьет меня, убей его! И очисти историю в моем браузере!

— Эм, приятель! Знаю: ты не слышишь меня, запертый в своём храме солдатской нравственности. Но такой двуличный кусок дерьма, как ты, на улице и секунды бы не протянул.
— И это говорит тот, кто убивает за деньги?
— Я не прячу тузов в рукаве.
— Значит, мы выполнили задание.

— Ты когда-нибудь любил?
— Нет, никогда.
— Врешь ты.
— Нельзя убить стольких людей и после спать как котенок, чувствуя какую-то любовь.
— Хах, классический социопат.