Гордость и предубеждение (Pride & Prejudice)

— Посмотрите! Пятеро бесприданниц, что с ними будет?!
— Н-да, что же будет с глупыми существами? Наверное, их нужно было сразу утопить.

Никто не может быть безупречен.

— Папа! Мэри опять поет.
— К сожалению, я сам слышу.

Надменность скрывает слабость.

Будем надеяться, Элизабет простудится и без дождя. И останется, пока не обручится с мистером Дарси. А потом дождемся снега и отправим туда Китти. А если к ним приедет молодой человек, который любит пение и философию, отправим Мэри. А потом появится и молодой красавчик офицер в форме – для Лидии. И все устроится.

— Милая, может быть ты и не красавица, но у тебя есть характер. А мужчинам это нравится.
— Вот именно, Леди Лукас. Поэтому девушкам, у которых есть и то, и другое особенно повезло!

Вы пленили мою бедную душу, и я люблю вас… И с этой минуты не хочу с вами расставаться.

Вы слишком великодушны, чтобы играть с моим сердцем.

— Мисс Элизабет, я потратил много месяцев на борьбу, но тщетно, последние месяцы были для меня сущей мукой, я ехал в Розингс с единственной целью – увидеть вас. Вопреки голосу рассудка и ожиданий моих близких, существующего между нами неравенства, я решил отбросить все сомнения и просить вас, прекратить мою агонию.
— Я вас не понимаю.
— Я вас люблю. Со всей страстностью. Прошу вас принять мою руку и сердце.

— Любопытно, а кто первым обнаружил, что поэзия убивает любовь?
— Я думал, поэзия любовь питает.
— Прочную, страстную любовь, вероятно. Но легкой привязанности хватит одного плохого сонета для того, чтобы умереть.
— А что, по-вашему, может ее укрепить?
— Танцы. Даже пусть оба партнера почти невыносимы.

Самолюбие… Когда действительно есть полет ума, оно всегда должно присутствовать.

Очень мало людей, которых я действительно люблю. И еще меньше тех, о ком я хорошо думаю. Чем больше я смотрю на мир, тем меньше он мне нравится.

Я не могу поручиться за свой характер… Меня можно назвать обидчивым: если я о ком-то изменил мнение — это навсегда.